Правовые иммунитеты в рф

Правовые иммунитеты в рф

Государство как публичное лицо защищено государственным иммунитетом. Когда государство вступает в гражданско-правовые отношения с иностранным элементом, нарушается юридическое равенство, необходимое для такого рода правоотношений: государство защищено от претензий и исков иммунитетом, а частный контрагент  нет.

Так, государство, его органы, собственность защищены, в частности, от судебной власти иностранного государства следующими видами иммунитетов:

 судебный иммунитет: нельзя предъявить в национальный суд иск против иностранного государства, т. е. привлечь иностранное государство к суду в качестве ответчика, кроме случаев прямо выраженного им согласия на это;

 иммунитет от предварительного обеспечения иска: нельзя в отношении имущества иностранного государства принять меры принудительного характера в порядке обеспечения иска (например, арестовать банковские счета, другое имущество);

 иммунитет от принудительного исполнения вынесенного судебного решения: нельзя исполнить судебное решение, если оно все же так или иначе было вынесено.

Как должен действовать принцип иммунитета государства, если государство вступает в частноправовые отношения с «неравным партнером»?

Западная правовая теория разработала доктрину «расщепления иммунитета» («функционального иммунитета»). Суть ее в том, что государство, вступающее в гражданско-правовой договор с иностранным физическим/юридическим лицом для осуществления функций суверенитета, т. е. в качестве суверена  jure imperii (строительство здания посольства, например), обладает указанными иммунитетами. Иммунитет презюмируется, если стороны не договорятся об ином.

В то же время если государство вступает в такой договор с частным лицом с коммерческими целями, т. е. само как бы уподобляется частному лицу  jure gestiones, то оно и должно приравниваться к частному лицу и, соответственно, не должно пользоваться иммунитетами. В этих случаях презюмируется отсутствие иммунитета, если стороны не договорятся об ином.

Согласно выработанному Комиссией международного права ООН Проекту статей о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности (ст. 79), государство не может заявлять об иммунитете от юрисдикции иностранного суда, если оно:

 явно согласилось на такую юрисдикцию в силу международного соглашения, письменного контракта или соответствующего заявления суду;

 само возбудило разбирательство или приняло участие в разбирательстве существа дела либо предприняло иное действие по существу дела;

 предъявило встречный иск на тех же правооснованиях или фактах, что и основной иск против него.

Если государство заключает «коммерческую сделку» с иностранным частным лицом и споры по ней подлежат (в силу норм международного частного права) юрисдикции иностранного суда, то считается, что государство дало согласие на юрисдикцию иностранного суда по делу из данной сделки, т. е. не вправе ссылаться на иммунитет (ст. 10 Проекта статей).

Из данной нормы есть три исключения. Она не применяется, если:

а) сделка заключена между государствами;

б) стороны сделки ясно договорились об ином;

в) сделка (коммерческий контракт) совершена государственным предприятием/учреждением, являющимся юридическим лицом.

Во всех этих случаях-исключениях государство сохраняет иммунитет.

Под «коммерческой сделкой» понимаются: любая сделка о купле-продаже товаров и услуг; любая финансовая сделка, включая заем, гарантию по займу, обязательство о компенсации в отношении такой сделки; любая сделка коммерческого, промышленного, торгового, профессионального характера.

Для определения того, имеет ли сделка коммерческий характер, используются два критерия: характер сделки (контракта) и ее цель. Если суд, исходя из характера сделки, определит, что она является коммерческой, то можно оспорить это суждение, обратив внимание на ее цель. Такой двойной подход дает возможность лучше защитить интересы сторон.

Так, закупка государством у иностранного поставщика медикаментов для борьбы с эпизоотией ящура будет рассматриваться как сделка в осуществление суверенной власти, в интересах государства, т. е. некоммерческая сделка.

Кроме того, действие иностранной юрисдикции в отношении государства и его собственности презюмируется в следующих ситуациях: трудовой договор между государством и иностранным физическим лицом о работе на территории государства суда; нанесение ущерба здоровью личности, а также имуществу лица на территории государства суда; при наличии недвижимого имущества на территории государства суда; в случаях наследования и дарения движимого и недвижимого имущества на территории государства суда; при споре о правах на интеллектуальную собственность в государстве суда; при участии государства в предприятии; при использовании государством суда в коммерческих целях (ст. 1116 Проекта).

Россия уже столкнулась с реальной проблемой иммунитета в частноправовых сделках. Речь идет о так называемом деле «НоГа».

Суть дела состоит в том, что в апреле и ноябре 1991 года между правительством РСФСР, а в январе 1992 года  правительством Российской Федерации, с одной стороны, и швейцарским предприятием «Compagnie NOGA d’Importation et d’Exportation», с другой стороны, были заключены, соответственно, три кредитных договора.

Договоры предусматривали предоставление России товарного кредита; товары по кредитам поставлялись от поставщиков, выбранных российским государством. Россия в погашение и обеспечение кредитов должна была организовать продажу предприятию «НоГа» нефти по согласованному графику.

Однако в 1992 году Россия прекратила поставки нефти, и в июне 1993 года «НоГа» направила иск к России в Арбитражный институт Торговой палаты города Стокгольма. В своих решениях (февраль и май 1997 г., март 2001 г.) арбитраж признал задолженность России по обязательствам и обязал уплатить чуть более 23 млн долларов США.

В последующие годы «НоГа» пыталась обеспечить исполнение принятого арбитражного решения в различных европейских странах путем наложения ареста на имущество России: во Франции в 2000 году был задержан парусник «Седов» и осуществлена попытка задержания военного самолета на авиасалоне; в Швейцарии в 2005 году произошло задержание партии картин. Во всех этих случаях инциденты были урегулированы на дипломатическом уровне. Но юридическая проблема осталась («Дело «НоГа» против Российской Федерации»  «Международный коммерческий арбитраж», № 1, 2004) .

Таким образом, уважение государственного иммунитета и государственной собственности представляет собой общепризнанный принцип МП диспозитивного характера, т. е. не являющийся принципом jus cogens.

Презумпции иммунитета и отказа от иммунитета при участии государства в международных частноправовых отношениях многими странами (преобладающим большинством) считаются международным обычаем; обычай этот соответствующие государства подкрепили своими внутренними законами.

В Законе США об иммунитете государств 1976 года указано, что иммунитет не будет признаваться, «когда основаниями для иска служат коммерческая деятельность, осуществляемая иностранным государством…». Аналогичные законы действуют в Великобритании, Канаде, Австралии, Пакистане, Сингапуре, ЮАР и др.

Правовая доктрина СССР, социалистических стран, многих развивающихся государств исходила из «абсолютного иммунитета» и непризнания доктрины «расщепления иммунитета», имея в виду, что даже в частноправовых отношениях государство сохраняет иммунитет, если добровольно не откажется от него.

Таким образом, со стороны СССР и других социалистических стран утверждалась презумпция: государство всегда пользуется иммунитетом, если само не откажется от него. Эта презумпция действовала, если между сторонами не согласовано иное.

По мнению проф. Н. А. Ушакова, заключая гражданско-правовую сделку, государство «выступает не в качестве юридического лица, а в качестве особого субъекта гражданского права, действует не в интересах личной выгоды каких-либо частных лиц, а в государственных интересах всего общества, народа. Поэтому уподоблять действия государства действиям частных лиц нет абсолютно никаких оснований» (Ушаков Н. А. «Международное право», М., 2000, стр. 9899).

В условиях рыночной экономики правовая и внешнеэкономическая политика и позиция России и других постсоветских стран должна исходить из доктрины «расщепления иммунитета», из презумпции отказа от иммунитета, если стороны не договорятся об ином. Это будет содействовать и благоприятному правовому инвестиционному климату.

В России также необходимо принять специальный закон об иммунитете государства, государственных органов и государственного имущества, в котором следует заложить презумпцию отсутствия иммунитета в случае коммерческой деятельности государства.

Некоторые изменения в правовой системе России уже прослеживаются. В Арбитражно-процессуальном кодексе РФ (ст. 213) предусмотрена возможность иска к иностранному государству лишь с согласия этого государства, если иное не предусмотрено законом или международным договором России.

В Законе «О соглашениях о разделе продукции» (ст. 23) предусмотрена возможность отказа российского государства от иммунитета в отношении споров, вытекающих из соглашений о разделе продукции.

В Кодексе торгового мореплавания РФ (ст. 81) предусмотрено, что портовые власти в определенных ситуациях вправе задержать иностранное судно до предоставления грузовладельцем или судовладельцем достаточного обеспечения причиненного вреда.

В статье 127 ГК РФ установлено, что особенности ответственности российского государства в гражданско-правовых отношениях с иностранными лицами определяются законом об иммунитете государства и его собственности.

Положения, представляющие собой отказ государства от иммунитета при определенных видах споров, содержатся в некоторых действующих двусторонних международных договорах (торговых договорах) СССР и России с иностранными государствами.

В договорах предусматривается, например, что ответственность по сделкам, заключенным и гарантированным советскими/российскими торговыми представительствами, несет правительство, а споры по таким сделкам решаются в суде страны, с которой Россия состоит в данном договоре.



Source: StudFiles.net


Добавить комментарий